Приветствие от ведущего
В качестве эпиграфа к сегодняшнему выпуску нашего подкаста для барабанщиков я выбрал прекрасную итальянскую мудрость. «Tra quel dire e quel fare c’è il mare» — «между словом и делом лежит целое море». Эта глубокая мысль как нельзя лучше отражает суть нашего разговора с Rick Latham, который сейчас находится в солнечном Милане — городе, где он проводит значительную часть своего времени.
Наш подкаст — это не просто аудиопрограмма, а настоящая творческая лаборатория, где встречаются выдающиеся барабанщики со всего мира, делятся своим бесценным опытом и вдохновляют новое поколение музыкантов. Здесь каждый найдёт что-то полезное: будь то глубокие интервью с профессионалами индустрии, познавательные материалы или мотивирующие истории успеха.
Это интервью имеет для меня особое значение. Rick Latham — музыкант, чьё творчество я глубоко уважаю. Его книга «Advanced Funk Studies» стала для меня настоящим путеводителем в мире барабанного искусства. Она входит в престижный список 25 лучших книг о барабанах всех времён, и я искренне восхищаюсь мастерством и талантом Rick Latham.
И вот мы подошли к самому главному — нашей беседе с Rick Latham. Rick, дорогой друг, рад приветствовать тебя! Огромное спасибо за то, что нашёл время для этого разговора.
Интервью подкасту Drummer’s Resource (2016)
DR: Расскажите нам о вашем пути как музыканта — откуда вы родом и как пришли в мир барабанов?
Rick Latham: Я вырос в Колумбии, штат Южная Каролина. Я родился в 50-х годах, и моё музыкальное воспитание во многом сформировалось благодаря радио. В южном регионе преобладали R&B и госпел-музыка, которые оказали значительное влияние на мой музыкальный вкус.
Моё знакомство с барабанами началось в 12 лет. Практически самоучка, я довольно быстро прогрессировал. Уже к 14–15 годам я активно выступал в местных клубах, несмотря на юный возраст. В средней школе я организовал собственный оркестр, что стало важным этапом в моём развитии.
Поворотным моментом в моей жизни стало знакомство с Joe Morello из квартета Dave Brubeck. В 12 лет я посетил их концерт «Believe It or Not», который проходил в школьном актовом зале. Dave Brubeck был пионером в области музыкального образования, активно продвигая джаз в школах через мастер-классы и семинары.
К тому времени я уже активно интересовался барабанным искусством, изучал профессиональные каталоги Slingerland и Ludwig, знал имена великих барабанщиков — Buddy Rich, Louis Bellson, Joe Morello. Мне посчастливилось не только увидеть выступление Joe Morello, но и познакомиться с ним лично. Эта встреча переросла в длительную дружбу.
Интересно, что позже я подружился и с Louis Bellson. Во время одной из совместных репетиций он отметил удивительное сходство техники моей левой руки с манерой игры Joe Morello. Хотя я лишь несколько раз посещал его студию в Нью-Джерси и не был его официальным учеником, наши беседы о музыке были чрезвычайно ценными.
Моё музыкальное образование продолжалось в школьном оркестре, где я активно участвовал в марширующих группах и углублялся в изучение рудиментов. Параллельно я совершенствовал своё мастерство, играя по записям. В дальнейшем я продолжил образование в Университете Восточной Каролины в Гринвилле, Северная Каролина.
DR: Знаете, я рассматривал возможность поступления в ваш университет. Удивительно, но об Университете Восточной Каролины редко кто-то упоминает в контексте музыкального образования.
Rick Latham: А зря, ведь это поистине выдающееся учебное заведение! Там выросло множество талантливых музыкантов — как исполнителей на ударных установках, так и перкуссионистов. Во время моего обучения там преподавал Harold Jones. Он сам был выпускником этого вуза и посвятил многие годы работе в нём. Хотя сейчас он уже на заслуженном отдыхе, мы поддерживаем тёплые отношения. Кстати, он не имеет отношения к знаменитому темнокожему Harold Jones из оркестра Count Basie.
DR: Теперь понятно, о ком идёт речь.
Rick Latham: Да, такая путаница случается довольно часто. Harold был исключительным мастером перкуссии, прошедшим обучение у ведущих педагогов известных оркестров. Он оказал огромное влияние на моё становление как музыканта, став не только учителем, но и наставником.
Что интересно, формального обучения игре на ударной установке у него не проводилось. Хотя в его кабинете стояла установка, и я был единственным студентом, кто на ней практиковался — обычно перед уроками. Моё основное внимание было сосредоточено на маримбе, вибрафоне и литаврах, а также на участии в Симфоническом духовом оркестре.
Благодаря профессионализму Harold как педагога и музыканта, я впоследствии смог поступить в аспирантуру Северного Техаса на полную стипендию с позицией ассистента преподавателя. Это позволило мне не только учиться, но и зарабатывать, обучая студентов, параллельно работая над магистерской степенью.
В Северном Техасе моими преподавателями были Robert Chitroma, Ron Fink, а также выдающиеся мастера ударных — Jim Hall и Henry Oxtail. Сейчас там работает Ed Sof.
В то время это был North Texas State, сейчас — University of North Texas. Я активно участвовал в различных коллективах: студенческих группах, ансамбле перкуссии, симфоническом оркестре. Помимо этого, я занимался написанием музыки для барабанного корпуса. Особенно впечатляла барабанная линия марширующего оркестра North Texas State. Это действительно было что-то невероятное.
DR: Это место славится тем, что выпускает одного выдающегося барабанщика за другим, каждый из которых впоследствии строит успешную карьеру.
Rick Latham: Совершенно верно. Среди выпускников — Bissonnette, Keith Carlock, Rich Redmond, Jason Sutter.
Также там учился Jim Riley… И конечно, Ray Brinker — возможно, не все знакомы с ним, но это потрясающий джазовый барабанщик, который играл с известной джазовой певицей Tierney Sutton. Очень талантливый музыкант и замечательный человек, сейчас проживает в Лос-Анджелесе.
Среди других известных выпускников — Randy Drake, Rusty Wells. Многие из этих музыкантов были моими коллегами по ансамблю перкуссии. Интересно, что во время обучения я не только выступал как исполнитель, но и занимался дирижированием. Это действительно престижное учебное заведение, особенно известное своим джазовым отделением. Примечательно, что именно здесь впервые в стране была введена программа получения степени по джазовому направлению.
DR: По-моему, это единственная студенческая группа, которая когда-либо получала «Грэмми».
Rick Latham: Да, студенческие коллективы там действительно на высшем уровне. Это поистине уникальное учебное заведение. Кстати говоря, Mark Ford, который сейчас возглавляет отделение перкуссии… Он тоже выпускник East Carolina — и бакалавриат, и магистратура. Получается, ещё один выпускник East Carolina теперь руководит перкуссионным отделением в North Texas. Просто поразительно!
Был ещё один выдающийся перкуссионист — Tony McCutcheon. Он руководил марширующим оркестром в Auburn, у них там действительно потрясающая группа. Сам Тони был перкуссионистом и много лет возглавлял этот оркестр. Мы вместе учились, и вообще из East Carolina вышло множество талантливых музыкантов. Мне невероятно повезло учиться в двух таких замечательных заведениях.
Джазовое отделение в East Carolina, хоть и было небольшим, но отличалось высочайшим уровнем. Его тогда возглавлял George Broussard — замечательный тромбонист и педагог. Именно там я познакомился с Bill Watrous и даже некоторое время играл в его биг-бэнде.
Такое разностороннее музыкальное образование стало отличным фундаментом для дальнейшего развития. Позже мы ещё подробнее обсудим этот вопрос. Я убеждён, что для любого музыканта крайне важно изучать различные стили и жанры — это открывает больше возможностей для работы. В наше время множество барабанщиков ищут работу, поэтому универсальность становится ключевым преимуществом.
Мне особенно нравится быть всесторонне подкованным музыкантом, потому что это даёт невероятно широкий музыкальный кругозор. Конечно, ударная установка — это замечательно, но опыт игры в симфоническом оркестре, аккомпанирование вокалистам и инструменталистам, участие в мюзиклах — всё это бесценно.
В моё время у меня была возможность заниматься всем этим: учиться читать партитуры в оркестре, импровизировать с вокалистами, осваивать множество джазовых стандартов, рок-композиций, R&B и латиноамериканской музыки. К сожалению, сейчас многие барабанщики ограничивают себя одним жанром. Я считаю, что быть разносторонним музыкантом — это огромное преимущество.
DR: Давайте поговорим о том, какие важнейшие навыки вы развили благодаря разнообразному музыкальному опыту. Вы работали в оркестре, играли на маримбе, вибрафоне, литаврах в самых разных музыкальных коллективах.
Rick Latham: Главным результатом стало то, что я превратился в более глубокого музыканта. Я научился эффективнее коммуницировать с коллегами. Освоенное множество музыкальных языков общения позволяет мне лучше чувствовать и понимать каждую партию. Особенно важно осознавать, как все элементы гармонично сочетаются в различных составах. Будь то симфонический оркестр или джазовый биг-бэнд.
DR: Должно быть, это значительно расширило ваше понимание музыкальной структуры и мелодики.
Rick Latham: Именно так. Это повлияло на моё восприятие мелодики, ритма, интонации. Некоторые аспекты не всегда напрямую применимы к ударной установке. Но я научился тонко чувствовать различные стилистические нюансы. Главное — это музыкальная выразительность, а не просто громкое звучание или механическое воспроизведение приёмов. Такой опыт позволяет выходить далеко за рамки простого исполнения на ударных. Он позволяет постигать многогранность музыкального искусства.
DR: Вы подняли тему, которая меня особенно интересует. Это освоение различных музыкальных стилей и всестороннее развитие. Меня всегда восхищало ваше мастерство. Я узнал о вас через сложные фанковые композиции, но позже обнаружил, что вы блестяще исполняете шаффл, свинг и множество других стилей.
Поделитесь, пожалуйста, своим подходом к освоению новых стилей и достижению подлинного мастерства в каждом из них? Ведь многие музыканты ограничиваются изучением пары характерных ритмов и считают себя специалистами в определённом стиле, хотя настоящего понимания при этом не достигают.
Rick Latham: Совершенно верно, такая ситуация встречается довольно часто. Особенно это характерно для нынешних молодых музыкантов. Они зачастую концентрируются исключительно на одном направлении. И это нормально. В начале каждому хочется демонстрировать скорость, мощь, технику, использовать двойные бас-барабаны и прочие эффектные приёмы. У меня, кстати, было два бас-барабана, и я отлично на них играл. Однако когда все начали использовать двойные педали, я отказался от этой практики.
Мне повезло получить опыт работы с выдающимися педагогами и погрузиться в различные музыкальные стили: джаз, поп-музыка, баллады, R&B, хард-рок и многое другое. Во время пребывания в Далласе я начал активно заниматься студийной работой. Это было как во время учёбы в North Texas, так и после. Переезд в Лос-Анджелес в 1984 году открыл для меня новые горизонты в этой сфере.
На моё музыкальное развитие оказали огромное влияние несколько факторов. Южное R&B и госпел-традиции Южной Каролины, опыт в марширующем оркестре с его уникальной рудиментальной техникой. В Техасе мне посчастливилось выступать на одной сцене с такими легендами, как Stevie Ray Vaughan. Именно там я освоил искусство игры шаффла. Не столько через технические упражнения, сколько через живое исполнение. Конечно, техническая работа важна, но настоящий опыт приходит только через совместные выступления с другими музыкантами.
В North Texas я открыл для себя биг-бэнд и развил навыки барабанщика этого жанра. Сейчас у меня не так много возможностей играть в этом стиле. Но я сохранил способность быстро читать ноты, схватывать материал и глубоко понимать этот музыкальный мир. Это совершенно особенный опыт.
Можно бесконечно практиковаться в одиночестве и играть под минусовые фонограммы. Но ничто не заменит живого взаимодействия с реальными музыкантами. Мой главный совет: ищите любые возможности играть в разных стилях вживую. Даже если это не приносит немедленного дохода. Найдите единомышленников, увлечённых блюзом, поп-музыкой, R&B, латиноамериканскими ритмами. Практикуйте эти стили вместе. Нет ничего ценнее, чем музыкальное общение с другими исполнителями.
Стремитесь найти музыкантов, которые действительно владеют своим делом. Не бойтесь присоединяться к разным коллективам. Это отличный способ проверить свой уровень подготовки. Например, когда в джаз-клубе просят сыграть свинг музыканта, который никогда раньше этого не делал — это серьёзное испытание. Но именно такие моменты помогают настоящему профессионализму раскрыться.
DR: Вы, по сути, учились в реальных условиях — то, что называют «крещением огнём».
Rick Latham: Именно так! Со мной происходило то же самое, когда я был моложе. Правда, такой опыт я получил всего однажды. После этого я твёрдо решил: «Нужно этому научиться. Я освою материал и вернусь, чтобы сыграть намного лучше». Мне очень повезло: места, где я жил и рос, открыли для меня множество удивительных возможностей.
Хочу подчеркнуть: тренировки в собственной студии — это прекрасно. И не поймите меня неправильно, уважаемые слушатели подкаста — я ни в коем случае не отрицаю важность усердных занятий, работы с минусами и технических упражнений. Всё это необходимо. Но главное — как можно чаще играть с реальными музыкантами. Даже если это просто развлечение. Если у вас есть возможность найти единомышленников, которые играют в том стиле, который вы хотите освоить — не упускайте её!
DR: Давайте углубимся в эту тему. Когда я был начинающим барабанщиком, у меня возникали похожие трудности. И этот вопрос часто задают мне. Хотелось бы услышать ваше мнение, ведь у каждого свой подход. Предположим, я изучаю шаффл или занимаюсь по вашей книге «Advanced Funk Studies». Я отрабатываю упражнение, скажем, номер один на странице семь. Как понять, когда пора двигаться дальше? Как определить, что я уже достаточно уверенно владею этим шаффлом, чтобы сыграть его на концерте?
Rick Latham: Действительно интересный момент. Важно понимать, что «Advanced Funk Studies» и «Contemporary Drum Set Techniques» представляют собой два разных подхода к обучению.
Работу над книгой «Advanced Funk Studies» я начал во время учёбы в North Texas, а завершил уже после выпуска. Мои преподаватели активно поддерживали эту инициативу, так как я часто использовал подобные материалы на занятиях. Это было в 70-е годы. Мой бакалавриат длился с 1973 по 1977 год, а магистратура — с 1977 по 1979 год.
В тот период происходило становление линейного стиля игры — работы Стива Гада, Дэвида Гарибальди, Харви Мейсона. Меня особенно привлекало то, как этот стиль переплетался с классической рудиментарной техникой.
Каждая из книг имеет свою уникальную направленность. «Advanced Funk Studies» включает множество авторских фраз, созданных в тот период. «Contemporary Drum Set» больше концентрируется на методологии создания собственных фраз и подходах к линейной игре. Однако главное — не просто воспроизведение паттернов, а развитие музыкального чувства.
Когда вы работаете над конкретным упражнением — допустим, тем, что находится на седьмой странице — и оно звучит естественно, когда вы можете уверенно исполнять его под метроном или вместе с другими музыкантами на репетиции, создавая органичное звучание, тогда можно двигаться дальше. Эти упражнения разработаны именно для знакомства со стилем. Дальнейшее развитие уже зависит от творческого потенциала каждого музыканта.
Важно не ограничиваться механическим воспроизведением паттерна — нужно научиться делать его живым и выразительным. Это требует серьёзной работы над собой. Сложно определить точный момент, когда можно считать упражнение освоенным. Даже я продолжаю работать над некоторыми элементами. Однако не стоит зацикливаться на одном материале. Рекомендую активно перемещаться между разделами обеих книг, экспериментируя с различными техниками.
Что касается таких элементов, как шаффл — это специфический стилистический компонент. Лучше всего он осваивается именно через живое взаимодействие с другими музыкантами.
DR: Не буду излишне подробно останавливаться на этом. Причина, по которой я задал этот вопрос, кроется в моём собственном опыте. Когда я осваиваю новый материал — будь то паттерн из вашей книги или что-то другое — мой подход обычно такой: начинаю с очень медленного темпа, скажем, 40 ударов в минуту, чтобы разобраться в технике. Затем резко перехожу к 90 ударам, потом к 190, и после этого убеждаю себя: «Готово, я это освоил».
Rick Latham: Да-да, но на самом деле в таких случаях материал, скорее всего, ещё не до конца освоен. Истинное освоение происходит, когда вы действительно можете исполнить материал, и он звучит естественно и хорошо. Вот тогда можно говорить о завершении работы над ним. Некоторые элементы действительно даются легко. Они органично ложатся в руки и прекрасно звучат на ударной установке. Но чтобы по-настоящему придать игре характер фанка и нужное свинговое звучание, требуется время.
Можно просто механически исполнять технику, и многие именно так и поступают. Забавно наблюдать, как люди публикуют в интернете исполнение соло из книги «Advanced Funk Studies». Это прекрасно: я создавал эти соло именно для таких целей — для прослушиваний или выпускных экзаменов. Однако часто случается так, что музыканты исполняют эти упражнения, но их игра звучит очень зажато. Они воспроизводят все ноты, но отсутствует то самое грувовое ощущение. Музыка должна восприниматься как песня, а не просто как последовательность нот.
DR: Знаете, среди множества достоинств вашей игры особенно впечатляет ваше уникальное чувство ритма. Недавно я посмотрел ваш мастер-класс по шаффлу на Drum Channel, и ваше ощущение музыки просто поражает. Как вам удалось развить такое мастерство? Каким образом вы работали над своим чувством ритма? Это особенно увлекательно, потому что чувство ритма — это нечто неосязаемое, трудно поддающееся объяснению.
Rick Latham: Действительно, это удивительная вещь. Забавно, но за свою карьеру я имел честь играть с потрясающими музыкантами. Иногда мне самому не кажется, что получается что-то особенное, но слушатели воспринимают это иначе. Видимо, я всё-таки делаю что-то правильно.
Часто я сам не могу чётко объяснить, как это работает. Просто играю так, как подсказывает интуиция. Некоторые музыканты действительно обладают особым даром. Взять, к примеру, Bernard Purdie, Steve Gadd или Jeff Porcaro. У них есть какая-то невероятная магия в игре. Я не ставлю себя в один ряд с ними, но определённые люди рождаются с исключительным чувством ритма. Возможно, моё ощущение шаффла получилось хорошим благодаря многолетнему опыту и естественному развитию навыков.
DR: Меня интересует ваше чувство ритма в целом, а не только в контексте шаффла.
Rick Latham: Абсолютно понимаю ваш интерес и искренне ценю его. Моё чувство ритма развивалось естественным путём. Я много работал над ним, но даже сейчас не могу сказать, что достиг абсолютного совершенства. Всегда есть пространство для роста и улучшения.
Бывает, я прослушиваю свои записи, и если звучание кажется удачным — радуюсь этому. Публика довольна, все счастливы. Но даже в такие моменты я замечаю нюансы, которые можно было бы исполнить ещё лучше. Тем не менее моё чувство ритма помогло мне получить множество профессиональных предложений, потому что людям нравится то, как я играю.
Действительно, чувство ритма — это нечто неосязаемое, загадочное. Выдающиеся музыканты, о которых я говорил ранее, способны ударить по барабану всего один раз, и этот звук будет особенным, неповторимым. Я часто наблюдал за этим феноменом, но не могу точно объяснить его природу. Не уверен, можно ли этому специально научиться — похоже, это приходит с опытом и временем.
Каждый музыкант должен найти и развить свой уникальный стиль. Важны не только технические навыки, но и создаваемый вами звук. Всё имеет значение: визуальная составляющая выступления, физические аспекты игры. Качество звучания инструментов играет колоссальную роль. Если вы умеете извлекать красивый, богатый звук из своего инструмента — это уже большой шаг вперёд.
В своей преподавательской практике я уделяю особое внимание этому аспекту. У меня есть особый подход к извлечению звука из любого элемента ударной установки — будь то барабан, тарелка или другой инструмент. Этот подход уходит корнями в моё классическое музыкальное образование, когда я работал с симфоническими инструментами.
Работа с литаврами, тарелками, кастаньетами — каждый инструмент требует индивидуального подхода. Нельзя просто механически бить по инструменту — нужно играть музыкально, с душой. Звук неразрывно связан с общим ощущением музыки. Возможно, я не дал исчерпывающий ответ на ваш вопрос, но надеюсь, смог пролить свет на некоторые важные аспекты.
Крайне важно, чтобы музыканты не боялись экспериментировать. Я всегда призываю своих учеников пробовать различные тарелки, палочки, мембраны. Они должны искать и находить свой неповторимый звук. Многие барабанщики исполняют схожие паттерны, ведь мы все отрабатываем похожие технические элементы. Но что именно выделяет вас среди других музыкантов? Над этим стоит серьёзно задуматься.
DR: Развивая тему того, что вы говорили о визуальной составляющей и ощущениях от ударной установки… У меня есть личный опыт, который подтверждает вашу мысль. Бывали случаи, когда я садился за комплект, который звучал просто ужасно. В тот момент я чувствовал себя абсолютно бездарным барабанщиком, не способным сыграть даже простейшую партию. А бывали моменты, когда я занимал место за прекрасно звучащей установкой. Тогда не казалось, что я могу сыграть абсолютно всё, что угодно, и каждая нота будет идеальной. Не уверен, связано ли это с психологией или есть другие причины.
Rick Latham: Безусловно, это оказывает влияние на игру. Это во многом психологический фактор, но он определённо присутствует. Забавно наблюдать такие ситуации: иногда садишься за установку какого-то выдающегося музыканта и удивляешься, как он умудряется извлекать из неё такой потрясающий звук. И наоборот — можно сидеть за великолепной установкой с отличными ощущениями, но музыкант на ней звучит не так впечатляюще. Это работает в обе стороны, что весьма любопытно.
Очень важны также настройка инструментов и эргономика — все эти аспекты имеют значение. Это одна из тем, которую я активно обсуждаю со своими учениками. Не только физическую технику, но и правильное положение за установкой, постановку ног. Все эти элементы крайне важны для успешной игры.
DR: Хотелось бы поговорить о вашем педагогическом подходе. Будучи преподавателем, вы, вероятно, рекомендуете определённые методики практики. Поскольку каждый музыкант имеет свой уникальный подход к тренировкам, мне особенно интересно узнать ваше мнение. Расскажите, пожалуйста, о вашем личном подходе к практике и какие рекомендации вы даёте своим ученикам?
Rick Latham: Позвольте поделиться своим подходом к практике. Я придерживаюсь строгого режима: играю ежедневно. Если нет возможности сесть за полноценную установку, тренируюсь на пэде. Считаю критически важным разогревать руки и выполнять базовую разминку. Хотя у меня нет специализированных упражнений на растяжку, я всегда начинаю с базовых рудиментов — простых роллов, парадидлов, флэмов и их комбинаций.
Мой режим включает 30 минут работы на пэде, даже если я рядом с полной установкой. После этого могу уделить полчаса работе только с малым барабаном, а затем переходить к игре на всей установке. Либо импровизирую, либо играю под записанную музыку.
Ключевой аспект практики — регулярность. Необходимо придерживаться чёткого расписания и заниматься ежедневно. Даже 15–20 минут ежедневных занятий имеют огромное значение, особенно для начинающих музыкантов. Это помогает рукам адаптироваться к палочкам и развивает мышечную память.
Бывают периоды, например, во время путешествий или отпуска, когда я не беру с собой пэд и могу пропустить несколько недель практики. Однако даже после такого перерыва возвращение к игре приносит удовольствие. После 45 лет игры я уже не испытываю острой потребности в длительных тренировках. Для меня это скорее образ жизни.
Интересно, что пропуск даже одного дня практики вызывает у меня определённый дискомфорт. Поэтому я настаиваю на важности соблюдения графика занятий. Это особенно актуально для молодых музыкантов, которым приходится заставлять себя заниматься.
В период обучения я практиковался по шесть часов ежедневно. И это не кажется чем-то невероятным: два часа утром, затем занятия, ещё два часа днём, перерыв на обед и ещё пара часов вечером — время пролетает незаметно. Преимущество учёбы в том, что практика становится неотъемлемой частью образовательного процесса. Хотя сейчас у меня нет возможности уделять столько времени, я всё равно стараюсь брать палочки в руки хотя бы ненадолго каждый день.
DR: Во время учёбы в колледже у меня был точно такой же шестичасовой график занятий. Помню, к нам приезжал музыкант, исполнитель на маримбе — сейчас уже не припомню его имя. Он произнёс очень мудрую фразу: «Тренируйтесь как можно больше именно сейчас, потому что никогда в жизни у вас не будет столько времени для практики, как сейчас». А я тогда подумал: «Да что он понимает!»
Rick Latham: А сейчас сколько времени вы уделяете практике?
DR: Ну, примерно час в день, иногда 20–30 минут. Что-то в этом диапазоне.
Rick Latham: Вот именно в этом и заключается вся суть! Именно поэтому период учёбы — это золотое время для развития. Большинство великих музыкантов, которых мы считаем выдающимися исполнителями, получили возможность интенсивно заниматься именно во время обучения. Хотя были и исключения. Бернард не получал формального музыкального образования. Он проходил свою особую школу, постоянно выступая с Джеймсом Брауном.
DR: Настоящая школа жизни.
Rick Latham: Совершенно верно, это была самая настоящая школа. Очень важно, если у вас есть возможность учиться в музыкальном заведении — использовать её по максимуму. К сожалению, я часто вижу, как современные студенты не ценят этот шанс. Они не занимаются так интенсивно, как могли бы. Даже не представляю, как можно упускать такую возможность. Но, к сожалению, такое встречается. А ведь это действительно уникальный шанс для развития.
DR: За 45 лет карьеры у вас, безусловно, были и триумфы, и неудачи. А ведь именно из поражений мы часто извлекаем самые ценные уроки. Расскажите, был ли в вашей практике момент, когда что-то пошло не так, но вы смогли извлечь важный урок? Чем вы могли бы поделиться с нашими слушателями?
Rick Latham: Знаете, как и у любого музыканта, у меня бывали непростые времена. Хотя я не могу выделить какой-то один конкретный случай, были периоды, когда работы было значительно меньше желаемого. В такие моменты накатывала неуверенность: казалось, что я недостаточно хорош или никому не нужен.
Прослушивания не всегда заканчивались успешно, и это, конечно, выбивало из колеи. В такие моменты начинаешь сомневаться в правильности выбранного пути. Но, думаю, подобное случается с каждым музыкантом.
Я оптимист, и это помогло мне встретить множество замечательных людей на своём пути. Я искренне люблю общаться, путешествовать и пробовать что-то новое. Это очень важный аспект. Если замкнуться в одном направлении, можно пропустить множество возможностей. Как лошадь в шорах, которая видит только дорогу перед собой.
Иногда приходилось выходить из зоны комфорта и браться за проекты, которые сначала не вызывали энтузиазма. Однако именно такие решения открывали новые горизонты. В сложные периоды особенно важно честно оценить себя и понять, что можно изменить к лучшему. В конечном счёте всё зависит от вас. Только вы сами можете сохранить позитивный настрой и продолжать двигаться вперёд, несмотря ни на что.
DR: Признаюсь, мой опыт в этой сфере значительно скромнее вашего. Но я точно знаю — это настоящая американская горка, и путь этот отнюдь не прост…
Rick Latham: Это касается абсолютно каждого, вне зависимости от сферы деятельности. Особенно ярко эти изменения проявились за последний год. Хотя на самом деле трансформация идёт уже лет 15–20. Всё изменилось — и не только из-за появления интернета. Доступность музыки, пиратство — всё это оказало огромное влияние. Вот недавний пример: сегодня я получил сообщение от Alfred Publishing о том, что некоторые сайты незаконно распространяют цифровые версии моих книг.
Подобные ситуации случаются регулярно, и важно научиться с ними справляться. Индустрия претерпела серьёзные изменения. Двадцать лет назад невозможно было просто взять и скачать книгу. Сейчас это доступно каждому — причём бесплатно. То же самое касается музыкальных альбомов. Всё это создаёт серьёзные вызовы для авторов.
Студийная сфера тоже трансформировалась — бюджеты существенно сократились. Именно поэтому так важно находить новые пути развития в музыкальной индустрии. Вот почему я, например, активно выступаю. У меня есть потрясающий проект — трио с итальянскими музыкантами. Мы выступаем на фестивалях, в театрах и клубах, и это приносит мне огромное удовольствие.
Но моя деятельность не ограничивается только выступлениями. Я также увлечён преподаванием, проведением мастер-классов, написанием статей. Я стараюсь развиваться во всех этих направлениях. Некоторые музыканты могут сопротивляться такому разностороннему подходу. Но я горжусь тем, что могу успешно совмещать все эти роли. Я считаю себя компетентным преподавателем, успешным клиницистом, талантливым исполнителем, грамотным писателем и способным продюсером. Мне нравится пробовать себя в разных амплуа. Это делает мою жизнь насыщенной и интересной.
Я считаю, что современным музыкантам важно не замыкаться в узких рамках. Конечно, ставить цели и достигать их необходимо, но при этом стоит расширять свой кругозор. Пробовать себя в различных направлениях. В музыкальном мире, особенно в сфере ударных инструментов, открывается множество увлекательных возможностей.
DR: Я большой сторонник чёткой постановки целей и формирования полезных привычек. Интересно, есть ли у вас какие-то особые систематические подходы? Может быть, ежедневные ритуалы, специальные упражнения для постановки целей или другие методики? Или это скорее интуитивный процесс?
Rick Latham: В основном это комплексный подход, основанный на определённых практиках. Каждый день я формирую внутренний список задач. Не записываю их физически, но держу в голове. В нём — люди, с которыми необходимо связаться: артисты, с которыми я работал или хотел бы поработать, представители менеджмент-компаний, владельцы студий.
Я стремлюсь ежедневно совершать позитивные действия, двигаться вперёд. И, хотя это может звучать банально, крайне важно оставаться порядочным человеком и относиться к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Это основополагающий жизненный принцип, который во многом определяет то, как складывается наша судьба.
DR: Я искренне верю в закон кармы, поэтому…
Rick Latham: Да-да, знаете, я всегда стараюсь относиться к людям…
DR:…так, как хотел бы, чтобы относились ко мне.
Rick Latham: Именно так! Это действительно возвращается к вам, поверьте. Я глубоко убежден в этом.
DR: Хотелось бы узнать ваше мнение о глобальных изменениях в музыкальной индустрии. Понятно, что вы не одобряете ситуацию, когда кто-то может незаконно скачивать ваши материалы — не буду настаивать на комментариях по этому поводу. Но в целом, как вы оцениваете эти трансформации? Считаете ли вы, что они идут на пользу развитию музыки или, напротив, наносят ей ущерб?
Rick Latham: В этом есть как положительные, так и отрицательные стороны.
В современном мире есть свои плюсы и минусы. Одно из главных преимуществ — беспрецедентная возможность охвата аудитории. Сегодня достаточно загрузить контент на YouTube или в интернет, чтобы его увидели миллионы людей по всему миру. Это действительно впечатляющий потенциал.
Однако существует и обратная сторона медали. Многие творческие разработки и идеи, на которые авторы потратили годы работы, могут быть бесконтрольно распространены бесплатно. При этом я сам большой поклонник современных технологий. У меня есть всё необходимое студийное оборудование, смартфоны, компьютеры. Но даже в этом цифровом мире остаётся нечто особенное в живом музыкальном искусстве.
YouTube, безусловно, замечательная платформа, но ничто не сравнится с энергией живого концерта. Видеть, как музыка создаётся прямо перед тобой — это совершенно иное, более глубокое переживание. Я и сам активно использую видеоплатформы, но моя цель — делиться знаниями и опытом, а не просто демонстрировать свои умения.
С образовательной точки зрения современные технологии открывают огромные возможности. Взять хотя бы наши подкасты. Благодаря им слушатели из разных уголков планеты могут познакомиться с творчеством выдающихся артистов. Это несомненно позитивный аспект развития индустрии.
Недавно со мной произошёл любопытный случай. Мой давний друг, с которым мы играли в группе в Далласе, заглянул в Милан. Мы прогуливались по городу и собирались посетить «Тайную вечерю» Леонардо да Винчи. Шедевр находится буквально в пяти минутах от моего дома. И знаете, о чём мы размышляли? Как бы отнеслись мастера эпохи Возрождения к современным смартфонам? Что бы они сказали, видя, как люди погружены в эти маленькие экраны?
Прогресс технологий за нашу жизнь просто поразителен. Взять хотя бы эволюцию хай-хэта. От первых простых моделей до современных высокотехнологичных версий. Это действительно впечатляет.
DR: Здесь уместно обсудить тему триггеров и всего, что связано с электронными технологиями в музыке.
Rick Latham: Абсолютно верно. Я с большим интересом следил за развитием электронных технологий с самого начала их появления на музыкальной сцене. Однако сейчас моё предпочтение однозначно на стороне акустических барабанов. Хотя у меня больше нет собственного электронного оборудования, я иногда применяю триггеры в студии или на концертах. Например, когда артисты хотят добавить определённые звуковые эффекты.
В 80-е годы у меня была собственная установка со множеством звуковых сэмплов и различных эффектов. Но сегодня я предпочитаю возвращаться к основам — к чистому звуку акустических инструментов. Технологии, безусловно, играют важную роль в современном музыкальном производстве, но их следует использовать разумно и в меру.
DR: Мы уже затрагивали тему необходимости постоянного развития и переосмысления своего пути. Ваш путь начался на восточном побережье, затем вы переехали в Лос-Анджелес, а сейчас обосновались в Италии. Расскажите, пожалуйста, что стало причиной такого переезда и какие проекты вы реализуете сейчас?
Rick Latham: Около двух лет назад я обосновался в Милане. Интересный факт: моя супруга родом из Сеула, она талантливый дизайнер одежды. Её бизнес базируется в Лос-Анджелесе, где мы и встретились. В тот период я активно развивал свою музыкальную карьеру. Почти десятилетие провёл в гастролях с Эдгаром Уиннером и имел честь сотрудничать с легендарным Куинси Джонсом.
На начальном этапе моего пребывания здесь я занимался созданием саундтреков. Значительную часть последних десяти лет я посвятил работе с Juice Newton. Это талантливая исполнительница в жанре поп-кантри. Особенно примечательна её композиция «Angel of the Morning». Это культовый хит 70-х, который сегодня звучит в открывающих титрах фильма «Дэдпул». Поразительно, как нежная любовная баллада гармонично сочетается с динамичным сюжетом картины!
За последние годы мои поездки в Европу стали всё более частыми. Я проводил здесь до половины года. Логичным решением стало приобретение квартиры, чтобы сэкономить время при постоянных переездах. Выбор Милана был неслучайным. Как признанная столица моды, он идеально подходит моей жене-дизайнеру. При этом мы сохраняем связи с Лос-Анджелесом, регулярно совершая перелёты между городами.
В настоящее время я участвую в увлекательном проекте с итальянскими музыкантами, где помимо меня играют виртуозный гитарист и басист. Параллельно я веду преподавательскую деятельность в местных учебных заведениях и провожу частные уроки. Активно развиваю сотрудничество с немецкими проектами, работаю с местными продюсерами и композиторами. Не прекращаю свою образовательную деятельность, проводя мастер-классы по всему миру. Ежегодные поездки в Китай стали традицией. Предстоящим летом планирую очередное путешествие туда.
Решение о переезде в Европу оказалось закономерным. Здесь открылось множество перспективных возможностей. Особенно ценным является географическое положение. Благодаря моему итальянскому происхождению и развитой транспортной системе, до главных европейских столиц — Франции, Испании, Германии, Польши, Австрии, Швейцарии — можно добраться всего за пару часов.
DR: Отсюда легко добраться куда угодно на Ryanair.
Rick Latham: Верно, и поезда здесь тоже великолепны — пусть и медленнее, но очень удобны. Ещё я питаю особую любовь к истории, поэтому чувствую себя здесь, в Европе, как дома. Знаете, что интересно? Многие мои американские друзья с европейскими корнями, которые сейчас живут в США, часто отмечают: «Ты не похож на типичного американца. В тебе гораздо больше европейского». И мне действительно здесь комфортно.
Я искренне люблю и Америку, и Европу. Особенно ценю возможность погружаться в историю — ведь все мы, американцы, корнями связаны с этими землями. Наши предки пришли именно отсюда. Здесь я чувствую себя на своём месте, и возможности, которые открываются передо мной, просто замечательны.
В Лос-Анджелесе у меня всё складывалось хорошо, но здесь, в Европе, появилось гораздо больше перспектив. Как я уже упоминал, ситуация со студиями и сессиями изменилась — в ЛА стало меньше возможностей для работы, которая мне по душе, а здесь их значительно больше.
DR: К тому же нет необходимости постоянно находиться в Лос-Анджелесе или Нью-Йорке.
Rick Latham: Верно подмечено, но я по-прежнему активно работаю в Штатах. Просто теперь моя база — Европа. Людям потребовалось время, чтобы понять: я не уехал навсегда, а просто переместил центр своей деятельности. Здесь действительно больше возможностей и интересных проектов, чем было в тот период в Лос-Анджелесе.
Каждые пару месяцев я возвращаюсь в Лос-Анджелес для работы над различными проектами. Этим летом у меня запланирован ряд мастер-классов по всей Америке, после чего я снова вернусь в Европу.
DR: Для слушателей, которые заинтересованы в обучении у вас, но находятся не в Италии — расскажите подробнее о возможности занятий через Skype и других форматах дистанционного обучения.
Rick Latham: Безусловно, я активно провожу онлайн-уроки через Skype. Кроме того, веду занятия в нескольких локациях. В частности, преподаю в музыкальной школе X4M в Турине. Это всего в часе езды от Милана. Это специализированная школа для музыкантов-исполнителей. Помимо этого, у меня есть собственная студия в Милане, и я также выезжаю к ученикам в их студии. Для тех, кто находится в Италии, связь со мной не составит труда. Вся необходимая информация размещена на моём веб-ресурсе.
Поскольку я постоянно путешествую по миру, рекомендую следить за моими перемещениями через соцсети. В ближайшее время запланирована поездка в Германию. Там я проведу ряд мастер-классов и семинаров в музыкальных школах и магазинах Европы. Параллельно продолжаю вести индивидуальное обучение.
DR: Очень рекомендую всем заинтересованным ознакомиться с методическими материалами Рика. Отдельно хочу отметить его учебные пособия: «Advanced Funk Studies», «Contemporary Jump Set Techniques» и обучающий DVD «All about the Groove».
По первой из них я лично занимался много лет. Это настоящий шедевр. Журнал Modern Drummer даже включил её в список 25 лучших книг о барабанах всех времён. От всей души благодарю вас за создание такого ценного материала.
Rick Latham: Спасибо за тёплые слова, Ник. Для меня это действительно ценно. Помню, как в 25 лет я работал над этой книгой, и до сих пор приятно слышать, что она помогает людям развиваться. Именно этого я и хотел добиться.
DR: Эта книга сильно повлияла на моё музыкальное развитие. Я настолько часто прослушивал аудиосопровождение, что оригинальная кассета просто пришла в негодность. Я очень активно её использовал.
Rick Latham: Да, изначально издание шло с кассетами, позже появились CD-версии. Удивительно, но даже сейчас встречаю музыкантов в поездках, у которых сохранились те самые первые кассеты.
DR: Рик, ещё раз огромное спасибо за вклад в развитие барабанной культуры. Ваше творчество вдохновляет множество музыкантов по всему миру. Для меня было честью вести с вами этот разговор.
Rick Latham: Искренне благодарен вам, Ник. Ваши слова много значат для меня. Спасибо за всё. Grazie mille — как говорят в Италии.
Послушать оригинал подкаста можно здесь.